«Молодые таланты»: труба — о чём эта серия
Молодые таланты Российского фонда культуры в этом сезоне раскрывают секреты оркестра, и очередная серия посвящена инструменту, который называют золотом и блеском оркестра.
Снимали в Музее Чайковского — отделе Российского национального музея музыки.
За праздничным фасадом здесь скрывается невероятная физическая нагрузка: чтобы заставить этот кусок меди звучать чисто, трубач должен обладать железными лёгкими и стальными мышцами лица.
Герой выпуска — Павел Шамшеев, ему двенадцать. Он играет сразу в трёх оркестрах, а во взрослом муниципальном духовом оркестре уже стал солистом. Музыкант в третьем поколении, за рекордные сроки собравший коллекцию первых премий от Москвы до Сибири.
Почему дирижёр долго стоял спиной к оркестру
После того как в XIX веке в оркестре появился дирижёр, он ещё долго стоял лицом к публике — а вовсе не к оркестру. Причина была не музыкальная: поворачиваться к зрителям спиной считалось крайне неприличным и неуважительным. Что же скажут люди?
Первыми против правил пошли Гектор Берлиоз и Рихард Вагнер. И причина у них была самая практическая: иначе никак не прожечь взглядом музыканта, который взял фальшивую ноту.
Три клапана и мышечная память
У трубы всего три клапана — и это, вопреки ожиданиям, не упрощает дело, а усложняет.
Там, где у других духовых клапанов много, здесь техничные моменты приходится выигрывать малыми средствами. Из-за трёх клапанов, объясняет Павел, всегда можно и запутаться.
Выход один, и он же ответ на вопрос, как научиться играть на трубе: многократно отточить и отработать нужный момент, чтобы дальше сработала мышечная память. При этом сама труба остаётся инструментом очень техничным — и в этом её вторая сторона.
Айкидо как часть подготовки трубача
Освоение трубы требует определённой подготовки, и Павел сочетает музыку с айкидо. Оно, по его словам, помогает выстраивать фразы, расслабляться и брать оттуда силы.
Расписание у него плотное. Трубой он занимается практически каждый день — и в оркестре, и на занятиях по специальности, и в ансамблях. Айкидо — два раза в неделю по вечерам, уже после основных занятий и теории.
Каникулы бывают, но слабину он позволяет себе только пару дней после конкурсов. В остальное время заниматься надо каждый день: для поддержания формы, для прокачки аппарата и технических знаний.
От сигнала к королю эстрады: история трубы
Изначально у трубы была одна-единственная задача — быть громкой. Пугать диких зверей, передавать сигналы в бою, созывать племя.
Позже она стала военным атрибутом. Две серебряные трубы были найдены в гробнице самого Тутанхамона.
В симфонический оркестр труба проникала постепенно: впервые — в 1604 году, в опере «Орфей». А писать для неё настоящие партии начали уже после изобретения клапанов немецкими мастерами Генрихом Штёльцелем и Фридрихом Блюмелем в XIX веке. Тогда она смогла играть абсолютно любые мелодии, беглые пассажи и полутона во всех тональностях — и навсегда избавилась от векового проклятия исполнять только фанфары.
Что добавляет к этой истории сам Павел
Историческую справку герой дополняет сам — и это, пожалуй, лучший момент серии.
Труба, рассказывает он, зародилась ещё за много лет до нашей эры в форме рога и предназначалась для воинственных возгласов, когда отряд варягов шёл в атаку.
А ещё есть легенда о трубаче в польском Кракове, который своим сигналом спас город. Он начал играть мелодию, обозначавшую подход вражеских войск, но его пронзила стрела, и доиграть он не смог. Горожанам хватило и этого: они успели собрать войско и отразили нашествие.
В честь героического трубача в Кракове построен музей, где есть филиал об истории трубы.
Солист взрослого оркестра в двенадцать лет
Павел стал солистом взрослого муниципального оркестра имени Борисова — и попал туда через конкурс. Там играют не только взрослые музыканты: устраиваются и студенты, и обучающиеся музыкальных школ.
У оркестра большая история, накопившаяся за 118 лет существования, — она связана и с городом Асбестом, и с дворцом культуры.
Что ему нравится в оркестре? Баланс инструментов и технические сложности произведений.
Правила он перечисляет чётко: непозволительно опаздывать на репетицию, важно не сидеть в телефоне, а приходить лучше уже с выученными партиями.
За что трубачей ругают и за что хвалят
Чаще всего группе трубачей делают замечания по громкости — чтобы выстроить баланс с инструментами, более тихими по звучанию. Хвалят за сложные ритмы и за удачно сыгранные моменты.
Но по-настоящему ценится другое. Труба в оркестре слышна всегда, она его попросту пробивает. Поэтому особенно дорого, когда трубач умеет играть обволакивающим, бархатным звуком: это объединяет звучание оркестра, а не разрывает его.
То же справедливо для всей группы. Медные духовые инструменты в оркестровых кругах называют тяжёлой артиллерией — и мощь эта хороша, когда звучит красиво, когда звук может быть и широким, и узким.
«Труба — это образ жизни»
Самый сильный монолог фильма — о том, что такое эта профессия на самом деле.
Трубач — это не просто человек, который играет на трубе. Под этот инструмент приходится построить всю жизнь. Рано утром — упражнения, днём — учёба, вечером — концерты, а на ночь нужно сделать что-то, чтобы аппарат расслабился и к утру был готов.
Труба — музыкальный инструмент капризный до крайности. Не выспался, не то съел, выпил горячий чай — прикладываешь мундштук, и ничего не играет.
Здесь всё не так, как на фортепиано, где нажал клавишу — и она звучит. На трубе играет организм. И организм этот должен всё время находиться в нормальной человеческой форме.
Почему у трубача не бывает права на ошибку
Есть у профессии и вторая сторона.
Если в струнной группе сидят три десятка человек и один что-то не сыграл или вступил не вовремя, этого попросту никто не услышит. А если трубач взял не ту ноту — услышат все. Коллеги-оркестранты обязательно обернутся и посмотрят неодобрительно, да и в зале это будет прекрасно слышно.
Причина в природе инструмента: каждая нота, издаваемая на трубе, — это нота соло. Она всегда звучит поверх оркестра.
Так и в «Поэме экстаза» Скрябина, так и в джазовых импровизациях: везде труба солирует. Поэтому трубачу нужна крепкая нервная система — он всегда лидер, и он должен точно знать, как это сделать.
«Чайковский. Дебют» и третье место в Ханты-Мансийске
Самым важным своим достижением на сегодня Павел считает участие в международном конкурсе «Чайковский. Дебют» от организаторов Международного конкурса имени Чайковского в Ханты-Мансийске.
Он прошёл в третий тур и сыграл с Сургутским филармоническим оркестром. Волнение перед выступлением, признаётся он, было — но он справился, и всё прошло хорошо. Итог: третье место.
Композитор и поэт в двенадцать лет
Помимо трубы Павел больше пяти лет дополнительно занимается с педагогом колледжа Ольгой Владимировной: сольфеджио, музыкальная литература, гармония, мировая культура.
Мотивация у него собственная. Обычно юный музыкант занимается теорией из-под палки — здесь наоборот: ему это нравится самому — и он понимает, что без таких знаний невозможно построить карьеру музыканта в будущем.
Знания эти он применяет напрямую. Больше года Павел активно сочиняет собственную музыку, и теория помогает ему правильно строить композицию. В кадре он исполняет одно из своих сочинений.
А ещё он пишет стихи — и читает одно из них: про солнце, которое встаёт над землёй, про птиц, щебечущих в лесу, и про совсем молодой ветер, что дует на землю росу.
Папа-педагог и система «мысль — звук — атака»
Преподаватель Павла — Василий Владимирович Шамшеев. Его отец.
Сын видит в этом сплошные плюсы: всегда можно дополнительно позаниматься и обсудить какие-то моменты, есть опора и в теоретических знаниях, и на конкурсах, куда они ездят вместе.
У отца есть и собственная педагогическая система, придуманная давно и не только для своих учеников. Формула короткая: мысль — звук — атака. Сначала идёт мысль и посыл к произведению, затем сам звук как опора, и только потом технические моменты — атака, ноты.
Чему отец хочет научить сына
Главные качества, которые он хочет воспитать, звучат просто: любить родину, трудиться и постоянно развиваться, постоянно совершенствоваться.
А о профессии он говорит формулой, которую где-то услышал и сделал своей: музыкант — врач душ людских. Отсюда и большая миссия — дарить людям радость, чтобы даже в тяжёлые времена всегда было чему порадоваться.
Гнесинка и Большой театр: о чём мечтает Павел
В их городе симфонического оркестра нет, поэтому в этом жанре Павел себя ещё не пробовал — и очень хочет.
Мечта у него конкретная: выучиться в Москве, в колледже и академии имени Гнесиных, а затем работать в симфоническом оркестре Большого театра. На вопрос, что для этого нужно, отвечает по-деловому: совершенствовать навыки игры и в оркестре, и сольные.
Отец рассказывает, что сейчас сын играет в эстрадном, школьном духовом и муниципальном духовом оркестрах, ведёт партии наравне со старшими музыкантами и является солистом. И добавляет коротко: я им горжусь.
А юным трубачам — тем, кто только берёт в руки этот инструмент, — Павел желает упорства, серьёзного отношения к своему делу — и никогда не опускать руки.
Смотрите видео «Молодые таланты: труба» и узнайте больше о том, как устроен симфонический оркестр, на портале «Лео Классика»!