Россия — страна миллионов рек и озёр, раскинувшаяся от Тихого океана до Балтийского моря. В ней переплелись культуры и обычаи почти двухсот народов. В каждом её уголке — будь то огромный мегаполис или крошечная деревня — найдётся что-то самобытное, ради чего стоит свернуть с трассы. Кострому вся страна знает по куполам и храмам с открыток, но в этом фильме из цикла «Из России с любовью» нам показывают другую Кострому и другую Костромскую землю. «Кострома» — документальный фильм, который держится не на архитектуре, а на людях: в нём пять историй, и каждая могла бы стать отдельной картиной.
Первая история начинается со сказки — и это не фигура речи. Именно с костромской землёй, с имением Щелыково, связан замысел весенней сказки Александра Николаевича Островского о Снегурочке. Пьесу он написал буквально на одном дыхании. Героиня, как говорит она сама в фильме, появилась из невероятного мира воображения автора и с тех пор навсегда осталась в русской культуре.
Но корни у образа глубже, чем пьеса. В древних славянских обрядах был персонаж по имени Кострома, и заканчивались эти обряды удивительно похоже на финал сказки Островского. Снегурочка и Кострома — образы, которые перекликаются через века.
И ещё одна деталь, о которой в фильме говорят с законной гордостью: Снегурочка — героиня нашей традиции. У Санта-Клауса и других зимних волшебников мира внучки нет.
Ватные фигурки Деда Мороза украшали ёлки ещё до революции. Но история советских подъёлочных игрушек началась в 1935 году, когда новогоднюю ёлку вернули в дома. Первых снегурочек делали почти вручную: каркас обматывали ватой, лицо лепили из папье-маше и раскрашивали кистью, так что двух одинаковых кукол попросту не существовало.
После на смену ручной работе пришла фабрика. Появились фигурки из пластмассы, пенопласта и резины, а самые нарядные были механическими, заводными. По витринам Терема Снегурочки эту историю можно проследить целиком: как менялись материалы, мода и само представление о празднике.
Жила Снегурочка в Костроме всегда, а вот дома у неё долго не было. И однажды костромичи решили, что сказочной героине положен сказочный дом. Терем Снегурочки — костромской адрес, который сегодня знают далеко за пределами области.
Главная его достопримечательность — ледяная комната, где из чистого озёрного льда, привезённого из Вологодской области, сделано решительно всё. Гостей здесь угощают водой из ледяных стаканчиков и ледяными конфетами. Это единственное место в тереме, откуда взрослые выходят с тем же лицом, что и дети.
География гостей огромная: от Калининграда до Владивостока, а ещё Великобритания, Италия, Испания. Самыми неожиданными гостями, признаются сотрудники, оказались японские школьники: они мало что понимали из рассказа, но настроение у них было замечательное.
Отдельная жизнь терема — письма. Их приходит очень много, и бумажных, и электронных, а ещё звонят и просят позвать Снегурочку к телефону. Пишут и дети, и взрослые: шестилетний мальчик просит в подарок энциклопедию про гоночные машинки, а рядом лежит письмо из Воронежа от двадцатидвухлетней девушки.
Снегурочка, как выясняется, ещё и модница: у неё есть большая костюмерная и собственный модельер. Среди костюмов есть боярские — с меховой опушкой, бусинами, стразами, пайетками и ручной вышивкой, а к ним великолепные кокошники.
Смысл всей этой красоты в тереме объясняют без иллюзий: современные дети забывают старые добрые русские сказки, и задача — рассказать их по-новому, на понятном сегодняшнему ребёнку языке. Отсюда и модный показ «Снегурочки бывают разные».
Еще одна история — о промысле, который держится на одном человеке. Петровская глиняная игрушка родом из деревни Петровской. Когда-то там работали сто гончаров, а мастера расходились оттуда по всей губернии. В конце 1980-х промысел пришёл в упадок, и многие бросили дело. Мастер Михаил не бросил: он занимается игрушкой около шестидесяти лет и не представляет себя за другим занятием.
Главное здешнее правило звучит почти как устав: игрушка должна звучать. Звуковые здесь — 98 процентов изделий, а игрушку, которая не издаёт звука, называют статуей.
О самой работе мастер говорит вещи, которые стоило бы вывесить в любой мастерской. Иногда терпение нужно не для того, чтобы лепить, а для того, чтобы не лепить. И глина ждать не будет: в тёплых руках она быстро превращается в сухарь.
Случайного орнамента в петровской игрушке нет — каждый узор что-то означает. У птицы на подоле — встающие хлеба, цветок — символ плодородия. У коня на груди — лестница в небо: конь считался посланником солнца, а на доме ближе всех к солнцу находится конёк.
Свисток — отдельная инженерия. Изделие делают полым и вырезают окошко в форме буквы П. Оставляют острую грань, которая режет воздух, и выстраивают воздушный канал так, чтобы поток шёл точно на эту грань. Потом прокалывают две дырочки, а правильность проверяют на просвет.
Мастер признаётся, что ещё не встречал человека, который не улыбнулся бы, когда заиграет его свистулька. И промысел этот совершенно живой: в нём находится место даже самым современным сюжетам.
Сумароковскую лосиную ферму создали в 1963 году. Сначала сюда привезли несколько лосят из леса. Одно время лосят завозили и из заповедника, но они почему-то не прижились, и всё нынешнее стадо пошло от костромских лосей.
Начиналось всё как большой хозяйственный проект: Никита Сергеевич Хрущёв дал установку на мясное лосеводство. Замысел не сработал по причине, которую невозможно было предусмотреть заранее: лось оказался не стадным животным. Когда лосей много, они быстро съедают вокруг себя всю растительность, ведь питаются ветками деревьев и кустарников.
Сегодня на ферме около пятидесяти лосей, и большую часть жизни они проводят на свободе. В три часа дня ферма закрывается, а лоси уже ждут любимого угощения — веток берёзы, осины и рябины, которые для них всё равно что конфеты для детей. В год съёмок здесь родилось пятнадцать лосят, двое из них — найдёныши из Ивановской области, оставшиеся без матери.
Самое удивительное на ферме — даже не сами лоси, а то, как здесь получают молоко. Лосихи остаются дикими животными и просто так молока не отдают. Доярка должна быть рядом при отёле, подойти очень аккуратно, без резких движений, разговаривая спокойным голосом. Тогда лосиха начинает считать её кем-то вроде собственного детёныша. Тому, кого не было при отёле, она молока не даст, сколько ни уговаривай. Работают здесь подолгу: одна из сотрудниц трудится на ферме больше двадцати пяти лет и знает всех своих лосей в лицо.
Молоко идёт по строгому календарю: в мае лосиха даёт около двух с половиной литров, в июне — два, в июле — полтора, в августе — литр, а к 10 сентября лактация прекращается совсем. Жирность лосиного молока — десять-двенадцать процентов, оно богато микро- и макроэлементами.
На ферме уверены, что лосиное молоко полезно людям, — в этом и видят смысл своей работы. И ещё одна задача, не менее важная, — научить людей общаться с живой природой не как варвары, а как ценители.
История — о месте, где ювелирное дело стало не профессией, а образом жизни. Красное-на-Волге называют ювелирной столицей страны, и корни ремесла здесь уходят в глубокую древность. При раскопках у деревни Дурасово в Красносельском районе нашли предметы XIII века, похожие на ювелирные украшения.
Сегодня в Красном почти в каждой семье кто-то связан с ювелирным производством. В фильме рассказывают о династиях, где ювелирами были и прадед-купец, и бабушки, и родители. Одна из героинь вспоминает, что познакомилась с будущим мужем прямо на заводе: через пять месяцев они поженились, а в год съёмок отметили уже 28 лет семейной жизни. Здесь производят значительную часть ювелирных украшений, которые продаются по всей стране.
Отдельная гордость — красносельская скань. Её делают из тонкой проволоки, часто медной, которую при необходимости серебрят. Скань есть и новгородская, и московская, и псковская, но красносельская отличается плотностью наборки, многоярусностью и разнообразием элементов.
Чтобы стало понятно, сколько рук стоит за одним колечком с прилавка, в фильме прослеживают весь его путь. Начинается он с рисунка. Затем резинщик изготавливает форму, в которую под давлением заливают воск. Восковые заготовки собирают на «ёлку» и отправляют в литейный цех.
Ёлку заливают гипсом и просушивают. Воск выплавляют, а на его место заливают расплавленное серебро 925-й пробы, полученное из гранул с лигатурой. После охлаждения гипс вымывают, отливки опускают в отбел, затем заготовки срезают с ёлки и отправляют на монтировку. Работа монтировщика только на первый взгляд кажется простой: нажал чуть сильнее — и изделие испорчено.
Дальше — шлифовка и полировка, после которых изделия меняют цвет и становятся гладкими и приятными на ощупь. И самый красивый этап — закрепка: мастера вставляют и закрепляют драгоценные и полудрагоценные камни. Путь кольца непростой, но, как говорят в Красном, оно того стоит.
Смотрите фильм «Кострома» из цикла «Из России с любовью» на видеоплатформе Лео Классика и узнайте больше о Тереме Снегурочки, о петровской глиняной игрушке, о Сумароковской лосиной ферме и о ювелирах Красного-на-Волге!